Иосиф Кобзон: "За каждый год своего творческого существования я могу ответить песнями". Выпуск №26

Иосиф Кобзон: "За каждый год своего творческого существования я могу ответить песнями".

Уважаемые читатели, рады представить Вашему вниманию историю жизни и успеха легендарного эстрадного певца, народного артиста РФ, в репертуаре которого более 3000 песен, музыкально-общественного деятеля, профессора, депутата Государственной Думы, Человека, который удостоен множества наград и званий - Герой Труда Российской Федерации, Народный артист СССР, Народный артист Дагестанской АССР, Народный артист Республики Северная Осетия — Алания, Народный артист Приднестровской Молдавской Республики, Народный артист Луганской народной республики, Народный артист Донецкой народной республики, Народный артист Республики Мордовия, Лауреата Государственной премии СССР, премии Ленинского Комсомола, премии Правительства РФ, Герой ДНР и другие; артиста, чья карьера неизменно находится на вершине успеха уже более 54 лет, непревзойденного Иосифа Давыдовича Кобзона. ДОРОГОЙ ИОСИФ ДАВЫДОВИЧ, ПОЗДРАВЛЯЕМ С ЮБИЛЕЕМ ОТ КОМАНДЫ "ЭПОХА 21" !!! ЖЕЛАЕМ БОГАТЫРСКОГО ЗДОРОВЬЯ И ПРОЦВЕТАНИЯ !!!

Здравствуйте, Иосиф Давыдович! Расскажите, пожалуйста, нашим читателям, как проходило Ваше детство? Была ли творческой семья?

- Детство печально прошло, потому что шла великая отечественная война. Я дитя войны. Первые годы войны я провел в эвакуации в Узбекистане, я и мои братья очень любим этот народ и благодарны ему. Мама увезла нас туда, а как только в 1944 году был освобожден Донбасс, мы сразу же вернулись.  День Победы я встретил в городе Славянске в коммунальной квартире, в первый класс в 1945 году пошел в Краматорске, это такие славные провинциальные города Донбасса. Впоследствии я стал почетным гражданином семи городов Донбасса.

Вот так прошло мое детство в развалинах, детство голодное и холодное. Писать было нечем - чернильницы замерзали, было холодно, не было электричества, вечера мы проводили при керосиновой лампе.  Наш обычный режим дня состоял из школы, потом улица, футбол с тряпичным мячом, позже мама загоняла нас делать уроки, потом я убегал в кружок художественной самодеятельности, где пел солистом в хоре. Учился я хорошо, у меня похвальная грамота сохранилась и по сей день.


 Иосиф Давыдович, о чем Вы мечтали в детстве?

- Была мечта вкусно поесть досыта. Вот это была мечта. В то время была карточная система. Первое пироженное я съел на демонстрации 7 ноября 1945 года, когда нам выдали по кусочку черного хлеба, а сверху сахарная подушечка, и я его бережно пытался донести домой, передать маме.

А потом уже после 1947 года пошли пионерские лагеря под Краматорском в деревне Пчелкино. Я всегда и везде хотел быть первым -  на улице, в футболе, при драках, а дрались мы нормально, как положено драться русским мужикам, кулаками и до первой крови.  Дрались улицей на улицу, компанией на компанию. Защищали наших девчонок, ревновали очень, чтобы чужаки не заходили к нам на улицу. Вот такое обычное детство.

Одежда у нас в семье переходила от брата к брату. Нас было пятеро братьев, а в 1946 году родилась сестра. Старший брат уходил в армию, и его одежда переходила второму, второй уходил в армию, и его одежда переходила третьему и так далее.

У меня всегда были протертыми единственные башмаки, и мама не уставала их ремонтировать, потому что я очень любил ходить на танц-площадку.   Мы танцевали вальс, танго, фокстрот.


kobzon2.jpg


Вы уже задумывались в то время о том, куда бы хотели поступить после школы?

- После седьмого класса я пошел в горный техникум, притом пошел туда не потому что я очень любил горное дело, шахты и так далее, а просто потому что там была хорошая стипендия. Мне очень хотелось помочь маме и влиться в экономику семьи, так как мы очень голодали. В 1952 году я получил первую стипендию, купил маме клеенчатый ридикюль и вложил туда рубль, он хранится и по сей день. Мне было 14 лет.


Расскажите, пожалуйста, как начиналась Ваша учеба в техникуме?

 - Шахтеров учили в основном снявшие погоны наши шахтеры-победители.

По традиции после первой стипендии нужно было обязательно выпить, и я выпил, и сразу же потерял сознание. Меня привезли домой и сбросили маме, а утром я проснулся от удара веником, это мама меня веником чистила по башке. Больше я водку не пил до тех пор, как меня призвали в армию.

И только уже в восемнадцать лет в армии я попробовал вкус алкоголя во второй раз.


Есть ли у Вас воспоминания из детства или юношества, которые остались с Вами на всю жизнь?

- Да, конечно есть такие воспоминания из детства, это, например, то, что я очень любил читать. Мы жили в коммунальной квартире в Краматорске, и я прикрывал лампу, чтобы мама не видела, и ночами с упоением читал.

Также запомнилось то, что рядом с нашей школой был книжный магазин (школа оказалась очень известной, называлась 6-ая Мужская Общеобразовательная школа имени Горького.) И вот запах книг я сохранил на всю жизнь, после занятий я любил забегать в книжный, для того чтобы подышать этим воздухом. Продавец разрешал мне посмотреть новые книги, денег тогда не было, покупать было не на что, но посмотреть можно было.

Пение с мамой и с братьями украинских песен вечерами осталось в памяти на всю жизнь.  Электричества не было, и вечерами мы собирались все вместе и пели песни. Воспоминание о тряпичном мяче осталось из детства на всю жизнь. И конечно же Пчелкино и Пионерский лагерь, где я провел три сезона, меня брали туда на все лето в связи с тем, что я был запевалой. Это был пионерский лагерь СКМЗ  Старо-Краматорского Машиностроительного Завода.


Иосиф Давыдович, в какой момент Вы серьезно задумались о профессии певца?

- Я служил в армии в ансамбле «Песни и пляски закавказского военного округа», и только там я подумал о профессиональном обучении пению. После этого я заработал деньги на дорогу, работая лаборантом в институте,  и поехал поступать в Москву. Конечно многие смеялись по этому поводу и говорили: «Куда этот еврей едет? Никто же его в Москве близко не подпустит к институту». Но тем не менее я поехал и поступил.

 

 кобзон6.jpg


Как Ваши родственники отнеслись к выбору профессии?

- Родственники отнеслись к этому очень плохо. Мы много беседовали, и мне говорили: «Что ты дурака валяешь? У тебя есть диплом, иди работать, зарабатывать деньги.»  Единственная кто меня поддерживала – это мама. Она говорила мне: «Сынок, ну если ты так хочешь… тебя же, скорее всего, не примут…»

Я отвечал: «Мамуль, ну попробовать то можно.»

Я поступил, но первое время со мной отказывались заниматься педагоги из-за ангины, которая случалась со мной раз в неделю, ведь я приехал с юга. Дмитриев говорил про меня: «Я не могу с ним заниматься, он все время болеет.»


Иосиф Давыдович, расскажите, пожалуйста, как проходили Ваши студенческие годы?

-В студенческое время жили сложно, были полуголодные, в сентябре-октябре студенты работали в колхозе. Я неистово много работал. Давид Тухманов  был у меня в бригаде, и я ему уже потом говорил: «Додик, если бы я знал, что ты такие песни будешь писать, я бы за тебя картошку собирал.»

Позже я начал подрабатывать – пел в цирке, вел концерты.  Я уже стал богатым, в 1962-м году я снял комнату в коммунальной квартире (улыбается).

 

 Что такое талант на Ваш взгляд?

- Нет бесталанных людей. Человек рождается, и по своей физиологии предрасположен к какому-то проявлению в любой области, в которой он может оказаться. Талант формирует среда, в которой живет человек, семья, в которой воспитывается человек. Талант формируется трудом, если вдруг чем-то увлечен.

Я своим студентам говорю одно: «Вы приходите с одной мечтой – скорее стать популярным, чтобы у вас автографы брали, чтобы вас узнавали на улице, чтобы вам аплодировали, чтобы вам платили хорошие деньги.

Забудьте об этом, если хотите стать хорошим артистом. Вот утром, когда просыпаетесь – посмотрите на себя в зеркало – небритые, немытые, нечёсаные, опухшие, обвисшие – вот это вы и есть на самом деле. Вечером, когда на вас макияж, когда вы одеты в костюм – это совсем другое, это уже образ.»

 

Расскажите, пожалуйста, про свою преподавательскую деятельность, когда и как она началась?

- В 1984-м году по моей просьбе организовали отделение Эстрадного вокала в Российской Академии Музыки им. Гнесиных. Я был заведующим отделения.

Колобков (ректор академии на тот момент) говорил мне: " Иосиф Давыдович, я пригласил преподавать Лещенко, Градского, Великанову, только вы дайте для ученого совета методику преподавания."

Я отвечаю: «Ее нет. Методика будет у каждого своя. Градский будет по-своему преподавать, Лещенко по-своему, я буду по-своему. Здесь не нужна методика. Когда будет экзамен, вы послушаете, и можете делать нам замечания, давать советы, все что угодно.»

Например, я заставлял Иру Отьеву петь романсы и арии, хотя она джазовая певица и привыкла к джазовым композициям, и из-за этого у нее было сбито дыхание. Для чего я это делал? Для того, чтобы она обрела свою физическую и духовную форму в вокале. В итоге, мы ее научили правильно дышать, петь романсы и арии, и это ей не повредило на эстраде.

Также моей студенткой была Валерия, но с ней в большей степени занималась Геля Великанова.

Со студентами мы занимались ответственно, но я им говорил: «Не надо никакого школярства, не надо создавать из нас монстров, Кобзон-педагог, а ты ученик. Это как курсы повышения квалификации. Мы, старшие товарищи, обретшие опыт, должны поделиться и передать молодым коллегам то, что мы наработали за эти годы.»

Это отделение и сейчас существует. Я стал профессором Гнесинской Академии.  Почему я ушел? Потому что наступила эта ужасная пора 90-х годов, которая уничтожила все и вся, в том числе концертно-зрелищную деятельность. В Москонцерте у нас было две тысячи человек творческого состава, и всем хватало работы. Было огромное количество концертов. Сейчас нет концертов. И поэтому мои бывшие студенты, уже обретшие опыт, приходят ко мне и говорят:

«Иосиф Давыдович, извините, но жрать нечего. Нет работы.»

Наступил рынок, который стал диктовать свои условия. Может быть с одной стороны это и хорошо, если бы это медленно вошло в нашу жизнь, но это произошло резко.

Я ушел из Академии им. Гнесиных, хотя всю свою зарплату педагога перечислял своим детским домам с первого и до последнего дня. Никаких меркантильных целей у меня не было.

Я хотел помочь моим молодым коллегам, как помогали мне. Я вырос в эпоху ренессанса, работал с песенными классиками, поэтому мне есть о чем рассказать и чем поделиться.


Иосиф Давыдович, как Вы оцениваете ситуацию в современном шоу-бизнесе?

- А что сейчас происходит в шоу-бизнесе? Ничего. Что останется? Вот я за каждый год своего творческого существования могу ответить песнями. За любой период, начиная от гражданской войны и до сегодняшнего дня. Периоды были разные: «30-е годы над миром летели, разруха и голод в глаза нам глядели», предвоенное время, самый богатый пласт песен в военный период, послевоенное время, строительство первых пятилеток восстановления страны, и опять же песни, песни песни... Полет в космос Гагарина тоже был воспет песнями и так далее. То есть я могу рассказать в песнях каждый период жизни страны.

А сейчас о чем поют? С 1991-го года по сегодняшний день прошло уже двадцать пять лет, а это четверть века. Чем отчитается время? Какими песнями? «Господа офицеры» и Пахмутовская «Надежда» были  написаны в этот период.

Сейчас песни пишутся в основном под заказ, нет вдохновения, нет творчества.  И это не может остаться в антологии.

«Журавли» Яна Френкеля из покон веков останутся во времени, «День победы»  Давида Тухманова останется в антологии. А современные песни после 90-го года останутся навряд ли.

Что можно сказать о современной эстраде? Это очень бедная эстрада. Я застал эпоху ренессанса. Мне просто повезло в жизни, потому что я работал с такими композиторами как: Соловьев-Седой, Матвей Блантер, Аркадий Островский, Марк Фрадкин, Ян Френкель, Оскар Фельцман, Эдуард Колмановский, Александра Пахмутова. А они писали не на слова, как сейчас пишут, а на стихи.

А стихи писали: Евтушенко, Вознесенский, Рождественский, Ошанин, Долматовский, Матусовский. Это было огромное культурное богатство и наследие.

Единственное преимущество современной эстрады – это раскрепощенность и свобода. Я не против этого, я не ханжа. Но это не искусство, это может быть антуражем в искусстве. Всему свое место и время.

Среди молодежи есть талантливая девочка на нашей эстраде - Ани Лорак.

Что меня беспокоит,  так это то что на телевидении или радио редко звучит русская песня. В самом популярном проекте «Голос» опять же практически  не звучит русский язык. 

Я сейчас опекаю народные промыслы, это ужасно то, что они сейчас находятся под угрозой исчезновения. Это уникальная вещь, которая есть в нашей стране, уникальная народная культура.

Отвечая на ваш вопрос про талант – когда ребенок растет в определенном окружении, например, творческом, слушает хорошую музыку, посещает хорошие концерты, консерватории, театры, ребенок же все это впитывает, как губка. Это и есть талант – воспитание. У него формируются определённые вкусы в творчестве.

 

Были ли у Вас какие-либо трудности в самом начале карьеры? И что придавало силы в их преодолении?

- Было очень много различных проблем. В Советском Союзе был другой режим, это сейчас можно зайти в интернет и прочесть любую новость о ком угодно, а в то время каждая публикация была очень чревата. Обо мне вышел фельетон в  1964 году в газете Советская Россия. Я его запомнил на всю жизнь. После этой публикации меня на год закрыли на радио, на телевидении и на отрытых выступлениях в Москве и в Ленинграде. Это было тяжело пережить психологически.

Когда я стоял мрачный в Москонцерте, ко мне подошла Клавдия Ивановна Шульженко: «Иося, что переживаешь?»

Я говорю: «Конечно переживаю».

Она отвечает: «Не надо. Это же замечательно, о тебе пишут…»

Я говорю: «Да что же хорошего?»

Клавдия Ивановна: «А вот обо мне уже не пишут. А то что о тебе пишут, они же сами не понимают, что создают тебе популярность.»

Я был удивлен: «Ничего себе популярность. Что я пьяный бегал и врывался в женские номера?»

Был такой композитор Мурадели, который приходил к главному редактору, стучал по столу и говорил: «Ты что с ума сошел? Я там был, это все вранье, придуманное журналистами».

А ему отвечают: «Вано, ты прав…». Режим был другой.

Потом меня исключали из Партии, за то что я спел «Хава Нагила» в Колонном Зале Дома Союзов, посвятил ее Генеральному Секретарю общества Дружбы Израиля ССР. Какая-то пресловутая делегация из арабской страны после этого встала и ушла. И меня вызвали за проявление политической близорукости.

Поэтому разные были ситуации и запреты, но я всегда неистово работал. Я родоначальник в СССР  сдвоенных и строенных сольных концертов, первый начал петь по два-три сольных концерта в день. И залы были битком набиты. Почему? А потому что билет на концерт на Кобзона стоил от 50 копеек до 2 рублей 50 копеек, и поэтому, даже получая самую низку зарплату 80 рублей в месяц, если двое работали в семье, они могли уже себе позволить раз в неделю пойти на концерт, который им нравится. Мне достаточно было только сказать директору филармонии – у меня освободилось три дня, как тут же объявляли девять-десять концертов, и я приезжал и работал. Работал очень много. 

Никогда у меня не было ни одного метра государственной площади. Я из общежития переехал в коммунальною квартиру. А из коммунальной квартиры, благодаря усилиям Мирова и Новицкого меня прописали в Москве, и я купил свою первую квартиру.


Где Вы черпали вдохновение для преодоления сложных периодов в творчестве?

- У меня были хорошие педагоги - композиторы и поэты. Здесь мне не надо было придумывать велосипед. Мне звонил Островский, или звонил Бабаджаян, или звонил Колмановский и говорили: «Подъезжай, песня есть новая.»  Я приезжал, садился, играл, пел песни. Рядом чаще всего был и автор стихов, и они мне рассказывали про это произведение, что нужно вложить мне, как исполнителю, в это произведение для того, чтобы оно прозвучало достойно. Это была школа, это была целая академия. 

В чем для Вас выражается успех в жизни?

- Успех, это когда все здоровы, семья здорова. Когда зрители приходят в зал и аплодируют. Есть профессия, которой я посвятил всю свою жизнь, которой пятьдесят пять лет служу верой и правдой. Есть любимая профессия, есть любимая женщина, есть любимые дети и внуки – это счастье.

Когда говорят про пути к счастью - их нет вообще.  Все зависит от индивидуальности человека.


Как Вы считаете, характер это врожденное или приобретенное человеком?

- Безусловно врожденное, физиологическое. Если говорить о характере, в котором человек себя выражает в обществе и в профессии, то это все зависит от конкретного человека, от его индивидуальности.

Я всегда говорил на конкурсах участникам: «Никогда не думайте о званиях. Вторая, третья премия. Это не имеет никакого значения, это только приятно, это десерт, а главное в том, чтобы ты увидел свой жанр и почувствовал его. Как поют, что поют, как одеваются, как выходят на сцену и та далее. Это школа.»

Творческий человек должен быть влюблен в профессию, в зрителя, быть постоянно в поиске и движении.

Также я всегда говорил своим студентам – не обольщайтесь автографами, аплодисментами и популярностью. Утром проснулись, подойдите к зеркалу и посмотрите на себя – на нечёсаного или нечёсаную, без макияжа и так далее, это вы и есть на самом деле. А вечером в костюмах и укладках – это уже образ. А нужно нести свою естественную красоту по жизни и влюбленность в жизнь через профессию и любовь к людям.


Были ли моменты сомнений в людях, и трудности, связанные с этим?

- Было все, все что мешает жить.

Есть такие замечательные стихи Кима Рыжова, которые называются «Зависть»:

Есть одно сужденье очень спорное, Что бывает зависть только черная, Что бывает зависть только злобная - Горькая, как путь на место лобное. Разве не бывает зависть белая - Зависть к прямоте, что рядом с бедами, К тем, кто не забудет, что обещано, К тем, кто не солжет врагам и женщинам? Что ни говорите, не обидно ведь Белой-белой завистью завидовать. И наверно, крылья кто-то выдумал Потому, что птице позавидовал. Будь со мною зависть только белая - К тем, кто не для славы дело делает, Кто открыл дорогу к звездным россыпям, Кто последним шагом стал Матросовым.

Две вещи в жизни, которые мешают - это зависть и предательство.

кобзон3.jpeg

Поэтому человек, который занимается публичным творчеством или публичной профессией, он обязательно подвергается этим двум самым отвратительным чертам человека. Предательство еще страшнее.

У меня в сердце есть такое «сердечное кладбище», куда я храню предателей. Кто-то меня оскорбил, обидел… это жизнь, но вот предателей я не прощаю.

Поэтому все в жизни было, и обижали, и оскорбляли, и газетные кляузы сочиняли.


Иосиф Давыдович, какой Ваш любимый жанр в творчестве?

- Драматическая песня, сюжетная песня.

Хотя я спел шесть оперных спектаклей, спел Онегина, Валентина в "Фаусте", спел Фигаро. Спел практически всего Рахманинова, Чайковского, Шуберта. Я очень люблю классическую музыку. Но все равно душа моя принадлежит драматической песне с детства.  


Были ли у Вас кумиры в детстве?

- Всегда. Были такие замечательные исполнители как Петр Лещенко, Марк Наумович Бернес, Лидия Андреевна Русланова, Нина Дорда, Капа Лозаренко, Гелена Великанова, Людмила Зыкина, Оля Воронец, Иван Суржиков, Шура Стрельченко, Муслим Магомаев, Эдик Хиль, Юра Гуляев. Была очень бурная концертная жизнь. И мы никогда не враждовали, все любили друг друга.


 

Вы очень много гастролировали в своей жизни, что больше всего запомнилось на гастролях?

- Когда я был моложе, я по восемь-девять месяцев в году проводил на гастролях, о чем сейчас жалеет моя жена Нелли. Когда мы общаемся с семьями у которых  по три-четыре ребенка, она говорит мне: «А ты все время на гастролях был. Вот если бы ты не шлялся по гастролям так много, глядишь, и у нас бы было больше детей.»

Гастроли я очень любил, потому что это познания, это новые люди, новые территории. Где я только не был в Советском Союзе. Все объездил. География была очень обширная. Нам Союз Концерт разрешал по собственному желанию планировать три месяца в году, а остальное время нас планировали. Объездил все от Камчатки, Владивостока, Хабаровска до республик Средней Азии.

Еще мое самое любимое времяпрепровождение - это проводившиеся декады искусств, например, Украина в Азербайджане, Киргизия в Молдавии и так далее. Этими декадами происходило сближение народов, обогащение национальных культур.

Современная эстрада и современное искусство намного беднее, по сравнению с тем, что было. Мы потеряли многое, мы потеряли державу и братство народов.


кобзон 4.jpg


Вы часто бываете с концертами в горячих  боевых точках, Вас не пугает опасность?

- Что такое горячие точки? Это живые люди. Это те же женщины, те же дети, молодые люди, которые в экстремальных обстоятельствах становятся совершенно другие. Они трансформируются. Это уже совсем не обывательские взгляды на жизнь.

Первый конфликт, в который я поехал, еще будучи молодым артистом, был  в районе острова Доманский. Там был конфликт с китайцами, после этого я решил, что чтобы не происходило, я должен быть с этими людьми. И это совершенно другие люди. Тоже самое было в Чернобыле, Норд-Осте, Чечне. Где бы что не происходило, я обязательно туда мчусь. Сейчас Сирия, в которой я был. Мне это очень важно и интересно.

Дело не в том, что я самый храбрый, дело совсем не в этом, я даже не обращаю внимание на опасность. Есть Бог, и Он меня охраняет.

Я езжу без охраны, и никогда ей не пользовался, как часто бывает принято в шоу-бизнесе. У Шульженко не было охраны, у Руслановой не было охраны.


Иосиф Давыдович, есть ли человек, кому бы Вы хотели выразить благодарность?

- Это моя мама, это самый главный человек в моей жизни. Она воспитала нас в очень трудных условиях. При этом она была строгой мамой, нас было пятеро братьев и сестра. Голод был невероятный, холод, неустроенность. И мама несла все это на своих плечах. И мама была очень справедливой, я с ней всегда советовался во всех серьезных вопросах.  И по сей день, если мне  предстоит решать какие-то принципиальные вопросы по жизни, я иду к маме на кладбище и стою рядом с ней, потому что жду ее духовного согласия.

Также были люди, которые помогали по жизни, мне в этом плане повезло. Я приехал молодой солдатик в Москву, и вот стал почетным гражданином города.

 

Есть ли какие-либо проекты, о которых Вы бы хотели рассказать?

- Проекты приходят, я их не планирую, если честно. Вот у меня сейчас расписан весь год, несмотря на мой возраст. И я понимаю,  что профессиональная востребованность стала менее напряженная, чем она у меня была.


Вы много занимаетесь благотворительностью, могли бы Вы рассказать про это подробнее?

- У меня есть благотворительный фонд «Щит и вера», это помощь сотрудникам правоохранительных органов, погибшим и пострадавшим при исполнении. Фонд «Кузнецкий мост 7».

У меня два детских дома в Тульской Губернии, также уже двадцать лет я представляю в Государственной Думе свой Забайкальский Округ.



кобзон5.jpg


Как Вы считаете, судьба дана человеку или  человек сам творец своей судьбы?

- Каждый человек хозяин своей судьбы. Я отказался много лет тому назад от проведения дня рождения. Почему? Потому что день рождения — это не твоя заслуга, это день благодарения. В этот день нужно благодарить маму, которая тебе подарила жизнь. Это день родителей.

Я в свой день рождения обязательно работаю. И многие пошли уже по моему пути.


Есть ли у Вас девиз по жизни?

- Никогда не сдаваться. Только вперед.


Иосиф Давыдович, что Вас вдохновляет?

- Сама жизнь во всех своих проявлениях. Каждый раз она преподносит и сюрпризы, и иногда печали, но больше радости. Болезнь, с которой я борюсь уже много лет, слава Богу дает мне возможность и надежду на то, что утро еще наступит. Поэтому я каждое утро просыпаюсь и говорю: «Что вы все время начинаете ныть? Мы же живы, посмотрите в окно, солнце светит. Благодарите Бога за это.»


Чтобы Вы могли посоветовать молодым творческим людям, начинающим свой путь?

- То что я уже говорил, с утра проснуться и посмотреть на себя в зеркало. Не зазнаваться. Но хуже всего влияет на творческих людей пристрастия к алкоголю и пагубные привычки.  Огромное количество выдающихся людей мы потеряли из-за этих пагубных пристрастий.  Но если человек не получил должное воспитание в семье, в школе, на улице и так далее, этих людей очень сложно исправить.  Поэтому знайте во всем меру.



                                                                                                                     Мария Канненберг


Наш интернет-журнал готовит для Вас самые яркие события в культурной жизни Москвы. Мы всегда тщательно готовим материалы о предстоящих мероприятиях, выбирая самое ценное и запоминающееся среди сотен происходящих событий.


Подпишитесь на рассылку и Вы всегда будете в курсе лучшего, что происходит в нашем городе.

Рекомендуемые статьи:

История Успеха -  Игорь Бутман

Духовные путешествия

Bruguera Tennis Academy

Таланты - Хусейн Эльталая

Театр в Японии

Наши группы в соц. сетях: